КВО Крупный План
киновидеообъединение
Версия для печати Домашняя страница Добавить в избранное Карта сайта Новости   Каталог фильмов   Каталог дисков   Статьи   Конкурсы   
Каталог Выбор по годам

1910-1919          1960-1969

1920-1929          1970-1979

1930-1939          1980-1989

1940-1949          1990-1999

1950-1959          2000-2009

2010-2015

Новости

04.12.2018

«Трое из Простоквашино и другие истории»

Крупный план» выпустил DVD-сборник мультфильмов «Трое из Простоквашино и другие истории» из цикла «Шедевры отечественной мультипликции».

28.11.2018

«Приходите завтра…»

Смотрите 2-го декабря в 15:15 в эфире Первого канала цветную версию фильма режиссера Е. Ташкова «Приходите завтра…» с блистательной актрисой Е. Савиновой в роли Фроси Бурлаковой.

21.11.2018

«Чебурашка и его друзья»

Летом 2018 года ушел из жизни писатель Эдуард Успенский. Несмотря на то, что он подарил детям много забавных историй и самых разных героев, в первую очередь вспоминаются Чебурашка и крокодил Гена. В память о создателе этих популярных персонажей «Крупный план» выпустил Сборник мультфильмов «Чебурашка и его друзья» из цикла «Шедевры отечественной мультипликации», в который вошли фильмы: «Крокодил Гена», «Чебурашка», «Чебурашка идет в школу», «Шапокляк». В издание также были включены мультфильмы других известных авторов – Жанны Витензон и Михаила Липскерова: «Варежка», «Волк и теленок», «Самый маленький гном. Выпуски 1- 4».

15.11.2018

«Сказки на Рождество»

К новогодним праздникам объединение «Крупный план» выпустило DVD-сборник мультфильмов «Сказки на Рождество» из цикла «Шедевры отечественной мультипликации». В видеоиздание вошли фильмы: «Снежная королева», «В яранге горит огонь», «Храбрый олененок», «Сармико», «Щелкунчик».

18.10.2018

«Александр Сергеевич Пушкин. Экранизации»

Объединение «Крупный план» выпустило новое коллекционное видеоиздание «АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ ПУШКИН. ЭКРАНИЗАЦИИ» (10 фильмов на 11 дисках)

подписаться на новости


Новости в формате RSS

Киноконцерн Мосфильм

Госфильмофонд РФ

ГОСТЕЛЕРАДИОФОНД

Музей кино

Аниматор

Интернет-магазин GoldDisk.Ru - Лицензионные фильмы на DVD и Blu-Ray

Регистрация

Логин

Пароль

запомнить меня

зарегистрироваться на сайте



Fakeidlist - социальная сеть для покупки поддельных документов

Здесь, в https://www.reddit.com/r/FAKEIDLIST/, мы держим наших поставщиков по очень высоким стандартам. Если мы обнаружим мошенничество с "fake ID" или получим определенное количество законных отчетов о задержках доставки от клиентов, не получающих заказы, мы временно запретим продавца ID, пока все заказы не будут подтверждены как поставленные.

Ватсон, который «сделал» Холмса

Прославленный режиссер Игорь Федорович Масленников, чьи фильмы «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона» и «Зимняя вишня» вошли в золотой фонд отечественного кино, принял нас в своей московской квартире. Несмотря на солидный возраст, это очень активный, энергичный человек, с ясным умом и четкой жизненной и творческой позицией, которую он всегда может аргументировать. А поводом для нашей беседы послужило переиздание на пяти DVD всей эпопеи о Шерлоке Холмсе. Сокращенный вариант этой беседы был опубликован в ноябрьском номере журнала “Total DVD”, мы же предлагаем Вашему вниманию полную версию.

Фотографии из личного архива И. Ф. Масленникова

– Игорь Федорович, в некоторых интервью Вы говорили, что стали снимать фильмы о Шерлоке Холмсе потому, что хотели таким образом уйти, отдохнуть от советской действительности, сделать какую-то красивую сказку.

– Так оно и есть. В то время я был худруком телеобъединения на «Ленфильме». И вот ко мне приходят два замечательных сценариста, Юлий Дунский и Валерий Фрид, и приносят сценарий, который назывался «Шерлок Холмс и доктор Ватсон», и был написан по двум рассказам Артура Конан Дойля. Мне этот сценарий понравился, и я решил взяться за эту тему. Потому что я в нем обнаружил одно великое открытие, которое сделали Дунский и Фрид. Дело в том, что в тех двух сотнях фильмов, что за все время существования мирового кино были сняты о Шерлоке Холмсе, практически нет Ватсона! Сценаристы его просто не замечали, потому что все рассказы написаны от его лица. Он автор, который находится за кулисами. А наши сценаристы придумали главное. Они понимали, что Холмса играть нельзя, так как он статичен и никак не развивается. Сам Конан Дойль все время предпринимал какие-то попытки его «оживить», – он и на скрипке играет, и кокаин нюхает, – но все эти попытки были тщетны, так как Холмс – это схема, в этом персонаже нет и не может быть никакого развития. Холмс – это маска. Но наши драматурги создали человека, который был призван «оживить» Холмса – они создали Ватсона, нашего «русского Ватсона». И вот, как только появилась эта пара, все завертелось, все стало живым. Тем более что Виталий Соломин – замечательный актер. Это он как актер «сделал» Холмса. Скажем это негромко, чтобы не услышал Василий Борисович Ливанов – хотя он знает мою точку зрения по этому вопросу, поэтому мы с ним не общаемся.

– Я слышал, что в личном общении Василий Ливанов – достаточно сложный человек. Но одно дело личное общение, а другое – профессиональное. Насколько Вам было тяжело или легко работать с ним на съемочной площадке?

– Это не просто сложный человек. Посмотрите на мою седую голову – это живое свидетельство восьми лет общения с Ливановым. Во-первых, он страшно пил.

– Что, прямо в процессе съемок?

– Еще как! Он приезжал пьяный, мы дожидались, пока он придет в себя, отпаивали, что только не делали, чтобы его как-то взбодрить. Кроме того, в состоянии опьянения он становился просто каким-то негодяем, искал конфликта с кем угодно! Однажды, живя в гостинице «Европейская» в Ленинграде, он решил дозвониться президенту США Картеру. До Картера он, разумеется, не дозвонился, но куда-то в Америке все-таки попал, и сказал – по-английски он говорит – что он требует, чтобы с картины сняли режиссера Масленникова! После этого буйства, которое он там учинил, его в гостиницу «Европейская» не пускали, мы были вынуждены селить его в каких-то других ленинградских гостиницах. Это конфликтный, странный человек, но при этом очень одаренный. Например, у него потрясающая память, он великолепный рассказчик – он часами может рассказывать какие-то смешные истории из жизни, от которых вы будете покатываться. Он великолепно рисует, и у него есть литературный дар: он пишет очень приличные повести. Одну из них, «Мой любимый клоун», я бы даже поставил, если бы с ним не повздорил. В общем, работа с ним – это был тяжелый случай, но я это терпел, потому что я чувствовал, что с ним я попал «в десятку». Хотя актер он очень средний, – посмотрите, ведь он после Холмса почти нигде не снимался, – да и актер ли, я даже не знаю. Зато он в той же степени чудаковат, как чудаковат Холмс.  Ведь вы понимаете, что я хочу сказать?

– Да, безусловно, Холмс – весьма странный персонаж.

– Холмс, по большому счету, чудак. Но в этом его и прелесть! А Ливанов точно такой же. Я его снимал до этого в своей картине «Ярославна, королева Франции». Он играл рыцаря Бенедиктуса – лохматого, усатого пьяницу, буяна. Это как раз было в его характере. И ведь сначала никто не верил, что он может сыграть Холмса. Но я наблюдал за ним, я видел, что это его роль – если его побрить, убрать усы, набриолинить волосы, то будет настоящий Холмс. Так оно и вышло. Когда я это понял, я уже только терпел.

– Вне сомнений, Вы попали в точку с Ливановым и с Соломиным, а вот как Вы подбирали актеров второго плана? Ведь это просто поразительно, насколько точно они смогли воплотить свои образы! Буквально все, все персонажи, до последнего уличного мальчишки – мы смотрим на них, и видим не актеров, а героев фильма!

– Я считаю, что режиссура в кино начинается с подбора актеров. Я снимал свою последнюю картину семнадцать дней, а перед этим два месяца отбирал актеров. Пересмотрел огромное количество, ведь для меня самое главное – подобрать ансамбль. А дальше уже все просто – дальше идут только одни огорчения на съемочной площадке. Я ненавижу съемочный период – это самое мрачное, тяжелое время, редко удается его провести на одном дыхании. Это вечные осложнения, проблемы… Но если вы правильно выбрали себе актеров – все должно получиться хорошо.

– В рассказах Конан Дойля о Шерлоке Холмсе есть одна особенность – это поистине леденящая атмосфера, которой пропитаны некоторые рассказы. Они по-настоящему страшные – не зря мы в детстве пересказывали их друг другу на ночь в пионерских лагерях. И вот в Вашем фильме эта атмосфера очень хорошо чувствуется! Как Вам удалось ее воссоздать?

– А черт его знает! Я не знаю, как. Я наоборот считаю, что я снимал комедии! Герои получились такими живыми и запоминающимися потому, что в них присутствует ирония. А что же до леденящей атмосферы – это режиссерская «ловкость рук», ее-то было нетрудно создать. Куда труднее было найти общий стиль. Мы с оператором Юрием Векслером и молодым художником Марком Капланом нашли очень правильное пластическое решение для картины – «принцип дагерротипа». Он заключался в том, чтобы не использовать подвижную камеру, панорамирование, наезды, отъезды. Снимать как со штатива: если это общий план – значит, это общий план, потом, если надо – смена на крупный план, и так далее. В этом присутствует некоторая архаика. И постепенно это превратилось в стиль, даже несмотря на то, что Векслер работал со мной не на всех картинах о Холмсе. Но методика была найдена, и мы использовали ее в дальнейшем. Это своего рода школа стилизация, которая, к тому же, мне очень близка – ведь я сам был художником, занимался сценографией.

– Игорь Федорович, Вы очень долго работали на телевидении, создали множество прекрасных работ. Как бы Вы с позиции профессионала, человека, который знает о телевидении практически все, оценили ту продукцию, что мы сейчас видим на наших голубых экранах?

– Да, я отдал телевидению одиннадцать лет. Затем был худруком телеобъединения на «Ленфильме», которое выпускало картины по заказу Центрального телевидения, получил Госпремию «За выдающийся вклад в развитие телевизионного кино». Вот после нее-то я и ушел с телевидения, потому что произошли удручающие изменения, изменилась его политика. Она приняла странные формы, пошла на поводу у рекламодателей, а их вкусы хорошо известны. Грязный вал криминального, бандитского кино заполонил все. Сейчас – вы можете меня проверить, я посчитал – только по московским каналам, не считая кабельных, в течение дня идет семьдесят сериалов. Семьдесят! И вот эта лавина – я сейчас даже не говорю о ее качестве – обрушивается на зрителя, и он не знает, что делать, только щелкает пультом. Я бросил работу на этом поприще, потому что сейчас нельзя создать художественное произведение, которое бы втянуло зрителя в сопереживание, в какие-то чувственные отношения, которое вызвало бы смех или слезы. Сейчас это невозможно, так как телевидение – это рубленая капуста, к тому же беспощадно забитая рекламой. Все это отвратило людей от телеэкранов. Нынешние телевизионные боссы зря думают, что их смотрят – это не так! Я пришел к такому выводу следующим образом. Я много ходил по театрам – занимался отбором актеров. Так вот, в Москве сто театральных залов, и все они, несмотря на высокие цены на билеты, забиты до отказа, причем самой разной публикой. Это и пожилые люди, и молодые, и подростки – кто угодно! Люди ринулись в театры, потому что они не хотят смотреть телевидение. А ведь люди нуждаются в эстетических переживаниях, а куда они могут за ними пойти? Только в театры! Почему они не идут в кино? По той же причине! Оно находится в руках злобной коммерции американского типа. Американцы не случайно называют свое кино «энтертейнмент», то есть развлечение. И все эти кинотеатры  - это «зоны развлечения». Я пару раз сходил туда – народу очень мало, от силы половина зала, сидят подростки в бейсболках, с попкорном и газировкой, гогочут, смеются, ходят официанты с пивом, ребята выходят поиграть в бильярд, потом возвращаются… Это полная дискредитация кинопроката. Как следствие – люди пошли в театры, они возрождаются. Я не знаю, как в других городах, но в Москве и Санкт-Петербурге – точно. А телевидение превратилось в целиком коммерческое мероприятие, все стандартизировано, построено по каким-то странным законам. Вы знаете, что существует список так называемых «медийных актеров»? Мне моя ассистентка показала этот документ с Первого канала. Там есть десять мужских и десять женских фамилий – это «первая категория медийности». Затем по двадцать фамилий во второй категории. И сколько-то там в третьей. Других актеров вам Первый канал не утвердит, если вы соберетесь снимать что-то для него. Понимаете, происходит какое-то размывание процесса, который раньше назывался «киноискусством». Производство стало дешевым, появилась целая индустрия под названием «мыловарня». Сериалы снимаются со скоростью одна серия в день, а ведь настоящее кино нельзя сделать быстро! Студенты, которые учатся у меня во ВГИКе, прошлым летом были на практике, и один из них работал на каком-то телесериале. Я его потом спрашиваю: «А режиссер-то у вас кто?». Тот отвечает: «Не знаю, мы его называли "вон тот в кедах"». А съемочный процесс выглядел так: группа собирается, приходит режиссер и нанятый со стороны сценарист. Причем режиссер или продюсер могут поменять текст в любую минуту: сидят тут же, на коленях дописывают, потом эти клочки дают актерам, которые это читают, а через минуту говорят в кадре – ну, какое это искусство?

– Но у Вас же все-таки есть определенный опыт работы «в мире капитала» - Ваши фильмы «Зимняя вишня - 3» и «Что сказал покойник» также вышли в формате телесериалов. Какой опыт Вы получили от работы в новых условиях?

– Ну, например, моя последняя работа, – телефильм «Что сказал покойник», – была чрезвычайно комфортна. Во-первых, я работал с очень хорошими операторами. Во-вторых, помимо съемок в павильонах «Мосфильма», мы ездили в экспедиции в Польшу, Данию, Францию и Грецию. У нас снимались прекрасные актеры, в том числе иностранные. Такую возможность нам дали продюсеры, в числе которых был известный в прошлом актер Сергей Жигунов. А финансовую помощь нам оказало Правительство Москвы. Тогда был такой период, мы все делали так, как полагается – ездили, смотрели натуру, снимали на пленку, а не на «цифру»… А потом продюсеры – не наши продюсеры, а все прочие – поняли, что нужно снимать как можно дешевле, а деньги вкладывать только в рекламную раскрутку. Все делается ради рейтинга, хотя я знаю людей, которые работают в этой системе и прекрасно знают, как эти рейтинги делаются на заказ.

– Давайте вспомним Вашу первую работу в кино – это была лента «Личная жизнь Кузяева Валентина», ее Вы сняли после многих лет работы на телевидении. Каким образом пришло решение сменить направление творческой деятельности?

– Я уже говорил о том, что никогда не планирую свою жизнь, это мое жизненное кредо. Как говорится – «никого ни о чем не проси, все сами дадут». Кстати, я пишу об этом в своей книге, она скоро должна выйти. А с кино у меня вышло так. Я долго работал на телевидении, дослужился до главного редактора литдрамвещания. Это были хорошие времена – «хрущевская оттепель». Мы все тогда и в коммунистическую партию вступили, думая, что наступило новое время, и мы, как патриотичные люди, можем как-то помочь своей стране. В это время у нас в Литдраме работало много замечательных режиссеров, – Товстоногов, Агамирзян, Владимиров, - было поставлено много прекрасных телеспектаклей, которые по кабелю шли в Москву, на Центральное телевидение. Потом мы начали делать кинофильмы и сняли ленту «Я шофер такси». Это был первый сценарий молодого, начинающего писателя Владимира Кунина. Ставил эту ленту Лев Цуцульковский, а главную роль играл Ефим Копелян. Я в это время работал главным редактором, и в этот момент сняли Хрущева. Сразу же началось стремительное «похолодание». Начались бесконечные вызовы в обком партии, в Смольный, бесконечные «проработки», наказания, выговоры… А поскольку я занимался еще и сценографией, – работал художником как на телевидении, так и в театрах, – я почувствовал, что мне на телевидении становится неуютно. Фильм «Я шофер такси» вообще был запрещен, его создателей обвинили в «клевете на советский строй», хотя это была совершенно безобидная лента. Началась какая-то возня – выгнать одних, посадить других… И вот в это время я увлекся режиссурой, но про кино в то время еще не думал – я больше тяготел к театру, не пропускал ни одной премьеры. А с телевидения надо было уходить – меня замучили все эти партийные выговоры. И вот если бы в этот момент, допустим, были открыты курсы режиссеров эстрады или цирка – я бы туда пошел. Но появилось объявление на «Ленфильме», что Григорий Козинцев набирает на свой режиссерский курс, и я подал туда заявление. А всего заявлений на десять мест было подано около двухсот. Меня взяли, причем я долго гадал – почему? Ведь я был самый великовозрастный из всех. К тому же я был уже главный редактор, у меня была 21-я «Волга» с оленем… Козинцев мне потом много раз говорил: «Игорь, зачем вам режиссура? Ведь «Волга» у вас уже есть!» Возможно, свою роль сыграло то, что я принес кучу эскизов к спектаклям, а Григорий Козинцев тоже в прошлом художник. К тому же этюд, который надо было поставить при поступлении, у меня играли молодые ребята, с которыми я очень дружил – Сергей Юрский и Олег Басилашвили.

– Это удивительно! Интересно, не сохранилось ли записи?

– Нет, что вы! Тогда такой возможности не было, никакого видео и тому подобного. Итак, я оказался на кинокурсах. А кино, надо сказать, это как СПИД – это неизлечимо. Человек попадает в эту странную среду и остается там навсегда. Ведь кино дело, все-таки, странное: люди занимаются черт знает чем! Они, как ткачи, конструируют для голого короля что-то эфемерное, что потом превращается в товар. Причем во время работы все почему-то уверены, что делают какое-то серьезное дело, а это не так! Кинематограф – это игры взрослых людей. Когда я оказался на курсах, жена моего друга Ильи Авербаха Наталья Рязанцева, ныне профессор ВГИКа, написала для моей курсовой работы сюжет для короткометражки, который назывался «Кузя и Маргарита». Я по ней снял курсовую работу в двух частях. Позднее Рязанцева написала еще одну новеллу про Кузю, которая тоже была поставлена, и в какой-то момент так сложилось, что мы пошли к директору «Ленфильма» и предложили доснять третью историю, чтобы объединить их все в один фильм. Он согласился, нам выделили какие-то минимальные деньги и мы сняли ленту «Личная жизнь Кузяева Валентина». Это история парня, которого остановили на улице и предложили принять участие в телепередаче «Кем я хочу стать».

– Сейчас многие заговорили о режиссерской совести, о том, что в те годы существовала морально-нравственная дилемма: что снимать, как снимать, бороться ли с властью посредством кино или идти с ней на компромисс…

– Все эти разговоры о том, что не давали работать, «клали на полку» – это чушь. На полку попадали те, кто хотел попасть на полку. А кто хотел просто работать – тот работал. Видите ли, с бытовой точки зрения все было гораздо проще. Картина привозилась в Госкино, и там ее смотрело начальство, которое, разумеется, всегда хочет поучаствовать в процессе. Даются указания, поправки. Был целый редакторский аппарат, который писал всевозможные рекомендации. А мы брали эти рекомендации, ехали обратно в Ленинград и поправляли картину так, как мы хотели. Даже не поправляли, а доделывали. А иногда даже вставляли какую-нибудь «кость», чтобы отвлечь внимание. И затем привозили картину с поправками, и чиновники нам говорили: «Ну вот, теперь все нормально!» А можно было повести себя и по-другому. Можно было получить эти поправки, и сказать: «Ни за что! Никогда! Ни шагу назад!» Потом собрать иностранных журналистов, и так далее, в таком же духе. Кто хотел этим заниматься, тот занимался.

– То есть у вас ни с властью, ни с пресловутой «совестью творца» конфликтов никогда не было?

– Я вам больше скажу – если вы посмотрите мой послужной список, вы увидите, что у меня нет ни одной заказной или конъюнктурной картины. Вскоре после первого фильма я работал с Виктором Черниченко. Он принес первый набросок сценария, который назывался «Целина». Поскольку он по окончании Московского университета работал на целине как журналист, у него получилась честная, правдивая история. Я помогал ему адаптировать ее в формат киносценария, и он получился очень неплохим. Этот сценарий нам утвердил даже ленинградский обком партии. Но когда мы приехали в Госкино, утверждать его нам отказали. Наконец одна умная женщина-редактор отвела нас в сторону и сказала: «И не думайте! Как вы можете поставить этот фильм, если в те годы, о которых идет речь в вашем сценарии, первым секретарем компартии Казахстана был Брежнев!» И после этого я себе зарубил на носу: никогда не заниматься конъюнктурным, политически актуальным кино. Ведь кругом полно интересных и нужных тем, идей, характеров, для того чтобы делать нормальное, человеческое кино. Есть такие люди – борцы, им обязательно нужно иметь какую-то грушу, чтобы по ней лупить. А я никогда не был борцом. В конфликты, конечно, порой вступал, но с совестью у меня все в порядке.

– Игорь Федорович, пожалуйста, расскажите, над чем Вы работаете сейчас.

– Это картина «Ночные посетители». Проект появился неожиданно. До этого я сделал картину «Русские деньги» по пьесе Островского «Волки и овцы», она вышла в прошлом году. Ее хорошо приняли, и я собирался делать еще один фильм по Островскому. Как мне кажется, его книги сейчас очень актуальны, особенно те пьесы, которые рассказывают о капитализации России и упадке морали – то, что произошло в нашей стране после отмены крепостного права, так же как и то, что произошло с нами после отмены «второго крепостного права». Этот проект сейчас находится в стадии разработки – моим старым товарищем Владимиром Валуцким написан сценарий. И вдруг неожиданно драматург Валентин Азерников предложил мне свою пьесу, которая меня очень заинтересовала. У меня лето было свободное, а у Валентина нашлись и знакомые продюсеры, которые были готовы раскошелиться. После этого мы с ним переработали пьесу в сценарий, и я буквально в течение июня, за 17 дней снял картину. В моей биографии это рекорд. Так быстро получилось сделать потому, что мы снимали на цифровую технику. Там все по-другому – свет и прочее, и нам, людям старой закалки, непросто было привыкнуть. Но зато мы сняли фильм очень быстро, а смонтировали и вовсе за три дня. Теперь осталось произвести «пост-продакшн», а по-нашему – монтажно-тонировочный период. Думаю, до конца лета мы эту работу закончим. Картина выйдет на дисках и кассетах, появится на телевидении и фестивалях – ведь теперь на фестивалях можно показывать и те ленты, которые вышли на «цифре». Это своего рода моно-фильм: история актрисы, которая оказывается в больнице со смертельной болезнью. К ней приезжают ее близкие, в основном мужчины, и она, как бы прощаясь с жизнью, высказывает им все, что она на самом деле о них думает. А в финале оказывается, что она не так уж и смертельно больна. Это трагикомическая история, очень занятно написанная Азерниковым. Больше всего нам повезло с исполнительницей главной роли – это Елена Яковлева. Я очень боялся, что мы скопируем нечто вроде Каменской или даже «интердевочки» – но нет, ничего подобного! Она замечательный мастер, очень сильная и яркая актриса. Вы ее в фильме совершенно не узнаете.
Вообще же с этим фильмом, как и в моей жизни в целом, очень велик процент случайности. Я никогда и ничего не планирую, не заглядываю вперед, не намечаю никакие этапы или цели. У меня нет никаких целей! Каждый человек должен питаться так, как подсказывает ему аппетит, и поступать так, как ему подсказывает совесть. Поэтому я никогда не планирую, потому что может случиться все, что угодно. Хотел снять, например, вторую картину по Островскому, а воз и ныне там.

– А что мешает?

– Отсутствие денег, разумеется. Это дорогостоящий проект, его надо делать за государственный счет. Предыдущий фильм я также делал при государственной поддержке, и теперь также надеюсь на нее. Правда, в последнее время она становится все слабее. Ну, поживем – увидим. А сейчас у меня голова занята только одним – я набираю новый курс во ВГИК, сижу, как проклятый, и читаю присланные работы, их более пятисот. А потом начинается вступительный экзамен… (встреча с режиссером состоялась летом 2007 года – авт.)

– Благодарим Вас за беседу, здоровья Вам и творческих успехов!

Беседовал Максим Депутатов




Вернуться назад






 Дискобол — товарный знак объединения «Крупный план». Это своего рода знак качества, гарантия того, что в Ваших руках оказался видеопродукт высокой пробы, поскольку копия сделана с мастер-записи, прошедшей полный цикл реставрационных работ »»»

Рубрики Режиссёры

Сайт Close-up. ru - официальный сайт объединения «Крупный план»

Официальный товарный знак объединения «Крупный план» (зарегистрирован в Государственном Реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ 2 апреля 2002 г.)

Официальный товарный знак «Дискобол» (зарегистрирован в Государственном Реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ 28 июля 2003 г.)

119285, Москва, ул. Мосфильмовская, д. 1
Тел.: (499) 143-91-45, 143-97-61, факс: (495) 232-27-20

Контакты  Поиск по сайту